Как я ловил рыбу за Полярным кругом: приключения и секреты зимней рыбалки на Терском берегу
Зимняя рыбалка за Полярным кругом: приключения на Терском побережье
Таких бабушек на Нижней Волге я не встречал ни разу.
Впервые на севере
Оказаться в этих таежных краях мне довелось лет двадцать назад. Был июнь, по лицензии ловили семгу на одной из рек. Место сразу впечатлило — суровый северный покой, опушки с беломошником, высоченные ели, словно иглы, пронзающие небо. Север влюбляет с первого взгляда.
Позже мои друзья с Терского берега позвали меня на зимнюю рыбалку. Только тогда я по-настоящему понял, насколько прекрасна заполярная тайга зимой.
Северная зима коротка, но какая она красивая.
Передвигаемся только на "Буранах" с прицепами.
Дорога в зимовье
Весь путь до зимовья превращается в небольшой караван "Буранов". Первый снегоход идет налегке — прокладывает колею, остальные тащат прицепы с вещами, людьми, топливом и запчастями. Суровая зима не щадит никого: морозы -20…-30, снег по пояс, а вода под весом снега норовит выступить поверх льда. Первый снегоход проскочил — и хорошо. А вот остальные могут увязнуть в снежной каше, как только стоит кому-то застрять, стоянка обеспечена для всех. Тогда все выходят, дружно откапывают, раскачивают, выдергивают "Буран" из плена. Только успели пересесть — а уже караван начинает примерзать к ледяной каше.
Тут главное — действовать быстро:
- Отцепить ближайший снегоход;
- Дернуть за лыжу;
- Перевернуть "Буран" на бок, отбить примерзшие катки;
- Отколоть примерзшие санки (керёжу);
- Повторять для всех машин по цепочке.
Озера и ручьи встречаются на каждом шагу. Сто километров по тайге пролетают незаметно — мерзнуть некогда.
Верёвка, "Буран" и немного сноровки — и снова в путь.
Иногда всё идет как по маслу.
А бывает, лыжа ускользает, а снегоход остается.
Наши "Бураны" не требуют сервисов — всё чинится на месте.
Рыбалка здесь не для хрупких рук.
Фильм, который не случился
Дмитрий Васюков, автор культового "Счастливые люди", как-то поехал со мной снимать продолжение — уже о поморах. Несколько дней провели в морозы под -30. Суровые условия, сложные переходы — в фильм эти кадры так и не попали. Потом он снял сюжет о поморах уже на Архангельском побережье Белого моря.
Тот самый поход: из Умбы выехали в 8 утра, приехали к 3 ночи.
Оператор в деле.
Привал и дозаправка в глубокой тайге.
Домой вернулся с обмороженными щеками и носом.
Любительскую рыбалку тогда заснять не удалось: лед был таким, что ручной бур едва доставал до воды, а рыбу искали почти вслепую. За день — три-четыре окуня, зато какие! Зимний день короткий, не успеешь оглянуться — уже темно. Васюкову хотелось показать, как люди выживают здесь после перестройки, как продолжают заниматься рыбалкой, охотой, добычей жемчуга — теми промыслами, что кормили поморов сотнями лет. Жемчуг исчез, но море и озера по-прежнему позволяют местным не уезжать в города.
Тут размер приманки рыбу не пугает.
Маэстро за работой.
Эти рыбаки уже ушли... Слишком тяжелая у них была жизнь.
В -30 перебирать сеть — то еще удовольствие.
Время за работой летит незаметно.
Обидно, что не удалось снять сам процесс съемок.
Брошенная рыба за секунду превращается в кусок льда.
Рыба в каждом озере — своя
Интересно, что повадки окуня или щуки в соседних озерах могут отличаться кардинально, хотя между ними иногда всего двести метров. Вода разная: где-то торфяная, рыба почти черная, с едва заметными полосками. А в светлом, песчаном озере — окунь белесый, с голубым отливом. На торфяном лучше идут оранжевые или желтые приманки, на прозрачном — синий балансир или имитация мелкого окуня. Зимой, когда перемещаешься на "Буране", проверить это легко. Летом же, когда кругом мошка и комары, а болота и сопки тянутся бесконечно, даже короткая дорога кажется вечностью.
Окунь с расправленным плавником едва пролез в лунку.
Неожиданно, но здесь зимой рыба клюет даже на те приманки, которые в других регионах считают "летними" — например, вертушки. Главное — подобрать темп вертикальной проводки. Никогда не знаешь, кто решит атаковать: щука, окунь или даже хариус.
В светлой воде хариус выбрал медную вертушку.
А этот попался на золотую.
Окуни в устье ручья пробуют балансиры "на зуб".
Эксперименты с наживкой
Расскажу случай. По пути сюда в Кандалакше купили червей, а малька не было — взяли в магазине мороженую мойву. Червя используют понятно для чего, а мойву решили поставить на жерлицы — вдруг налим клюнет? Но мойву почему-то полюбил окунь, много холостых поклевок. Разрезали рыбу пополам — ситуация прояснилась, но щуки так и не поймали.
На одном озере полдня ловили окуней в надежде на живца. К вечеру, когда солнце уже катилось к горизонту, окуни клевали только крупные — 300-400 граммов. В отчаянии решил нарезать одного на куски и попробовать поставить жерлицу. Только поставил — тут же сработка! Думал, слишком большая приманка. Начал вытаскивать, и вдруг леска сбрасывается, подсекаю — и тут же обрыв о край лунки. Вот так бывает.
Местные собаки довольствуются плотвой и язем, и не жалуются.
Хариус предпочитает червя — классика жанра.
Окунь не против полакомиться своим сородичем.
Щука здесь предпочитает печенку, а на хариуса реагирует редко.
У северной щуки карие глаза, у волжской — всегда желтые.
С тех пор на живца не заморачиваемся: печень и резаный окунь работают безотказно.
Налим попался на печень только раз и был совсем крошечный.
Уха по-северному
Поняв, что предпочитает местная рыба, ловить стало проще. Заодно и меню разнообразилось. Первый день — тушенка с гречкой, а дальше — копченый окунь, жареный хариус, филе щуки. А уха на озерной воде из свежих потрошков щуки и жирного хариуса — такую вы в столичном ресторане не попробуете!
С тех пор поездки на Терский берег стали для нас традицией. Даже сняли несколько сюжетов для "Диалогов о рыбалке". Но это уже другая история.
Хариус уважает балансиры "подкаменщик".
Размер — специально для большой сковороды.
Веревка в кармане — и даже сломанную рессору можно закрепить до ночевки.
Изба, натопленная печка, генератор для света — что еще нужно настоящему путнику?
В городах мы отвыкли от настоящей русской зимы.
